— Чувствую, что ваши психологи поработали на славу не только над Сенатором… Давайте внесем ясность в один вопрос, — сказал я. — Если я подпишусь на это дело, то выполню работу по-своему.
— Это понятно, — сказал Носатый слегка удивленно. — Что еще?
— Когда начнется эксперимент?
— Он уже начался. Сенатор ждет вас.
— Он знает обо мне?
— Он думает, что ваше прибытие — это хитрость, придуманная им самим.
— У вас на все готовы ответы, — сказал я. — Это было бы неплохо, если бы вы знали все вопросы.
— Мы предусмотрели любую случайность, которую могли только вообразить. Остальное — в ваших руках.
IV
Двое из сидящих за столом — они называли себя Внутренним Советом — сопроводили меня в ярко освещенную комнату в полуподвальном помещении. Трое молчаливых людей с крепкими руками помогли мне облачиться в новый костюм из мягкого серого материала, который, как сказал Носатый, был более или менее пуленепробиваемым, а также оказался снабжен устройством для подогрева или охлаждения в зависимости от температуры. Я получил два пистолета: один встроенный в перстень, а другой — в зажим авторучки. Техник достал маленькую коробочку, похожую на те, в которых выращивают искусственный жемчуг. Внутри, в гнездышке из хлопка, находилась маленькая розовая пластмассовая штучка размером с рыбью чешуйку.
— Средство связи. Оно будет прикреплено к вашему черепу за ухом, а волосы прикроют его.
Краснощекий человек, которого я прежде не видел, вошел в комнату и, посовещавшись с Носатым, повернулся ко мне.
— Если вы готовы, мистер Флорин… — сказал он приятным, как последнее желание, голосом. У двери я оглянулся. Четыре угрюмых лица смотрели на меня. Никто со мной не попрощался.
V
Я слышал о летней резиденции Сенатора. Это был коттедж из восьмидесяти пяти комнат, на пятидесяти акрах лужайки, у подножия холмов, в шестидесяти милях к северо-востоку от города.